В истории Смутного времени в России фигура самозванца Лжедмитрия I окружена множеством мифов и политических интриг․ Один из самых частых вопросов, возникающих при изучении этого периода: поддерживал ли Лжедмитрия шведский король Сигизмунд? Чтобы дать точный ответ на этот вопрос, необходимо разобраться в исторических титулах, геополитической ситуации Европы начала XVII века и реальных мотивах действующих лиц․
Краткий ответ: да или нет?
Нет, шведский король не поддерживал Лжедмитрия․ Сам вопрос содержит историческую неточность, которая является распространенной ловушкой․ Дело в том, что Сигизмунд III Ваза, который играл ключевую роль в событиях Смуты, был королем Польши (и Великим князем Литовским), а не шведским монархом, хотя ранее и носил шведскую корону․ Именно польский король Сигизмунд III оказывал поддержку Лжедмитрию, а не шведский правитель․
Сигизмунд III: шведский наследник на польском троне
Чтобы понять, откуда взялась путаница со шведским королем, нужно обратиться к биографии Сигизмунда III Вазы․ Он был сыном шведского короля Юхана III и польской принцессы Екатерины Ягеллонки․ В 1587 году Сигизмунд был избран королем Речи Посполитой (Польши)․ А в 1592 году, после смерти отца, он также стал королем Швеции․
Однако его правление в Швеции было недолгим․ Сигизмунд был ревностным католиком, а Швеция была протестантской страной․ Конфликт с шведской аристократией и его дядей, герцогом Карлом (будущим королем Карлом IX), привел к тому, что в 1599 году шведский парламент (риксдаг) лишил Сигизмунда шведской короны․ Таким образом, в период Смутного времени (1605–1606 гг․) Сигизмунд III не был шведским королем, Швецией правил Карл IX, который был противником Сигизмунда и Речи Посполитой․
Поддержка Лжедмитрия I со стороны польского короля
Вынашивая планы территориальной экспансии на восток, Сигизмунд III Ваза внимательно следил за внутренним кризисом в Русском государстве․ Появление человека, заявлявшего о себе как о чудом спасшемся царевиче Дмитрии, стало для польского монарха удобным политическим инструментом․
Тайный договор и опосредованная поддержка
Изначально Сигизмунд действовал осторожно․ Король Сигизмунд III не решился открыто поддержать смутьяна, но и не воспрепятствовал ему собирать частную армию в своих владениях․ Вынашивая планы экспансии на восток, Сигизмунд поддержал Лжедмитрия I, заключив с ним тайный договор․
Главным сторонником, можно даже сказать покровителем Лжедмитрия, стал польский воевода, магнат средней руки Юрий Мнишек, чья дочь Марина стала женой самозванца․ Однако за спиной Мнишка стоял король․
Личная и государственная помощь
Как подтверждают документы из архивов, включая переписку короля Сигизмунда III и канцлера Л․ Гембицкого, а также письма королевского секретаря ксендза Якуба Задзика, помощь была существенной:
- Финансовая помощь: Дмитрий получил помощь лично от короля Сигизмунда III — как частное лицо он дал ему денег․
- Военная помощь: Как король, Сигизмунд предоставил самозванцу возможность набрать частную армию на территориях Речи Посполитой․
Самозванец особенно нуждался в поддержке своего «талисмана» — римской иерархии, и Сигизмунд выступил связующим звеном, позволив проекту получить идеологическое прикрытие Ватикана․
Отношения Швеции и Лжедмитрия
Если же говорить о реальной Швеции того времени, то ее король Карл IX проводил политику, прямо противоположную политике Сигизмунда․ Швеция боролась с Польшей за господство на Балтике․ Для Карла IX усиление Речи Посполитой за счет ослабления России было крайне невыгодно․ Поэтому Швеция не только не поддерживала Лжедмитрия, но и позже, во время правления Василия Шуйского, оказала реальную военную помощь русскому правительству (известные действия Делагарди и шведских наемников), чтобы противостоять польскому влиянию․
После гибели первого самозванца
Первоначально Сигизмунд действовал опосредованно, поддерживая Лжедмитрия I, но после его гибели в мае 1606 года включился в процессы сам․ Убийство Лжедмитрия I и восстание против поляков в Москве стало поводом для Сигизмунда открыто вмешаться в русские дела․ Это привело к осаде Смоленска и в конечном итоге к появлению Лжедмитрия II («Тушинского вора»), вокруг которого снова сплотились польско-литовские отряды․