История любви Михаила Юрьевича Лермонтова и Варвары Александровны Лопухиной — одна из самых трогательных и драматичных в русской литературе. Варенька стала для поэта не просто музой, но и той самой незаживающей раной на сердце, которая питала его творчество на протяжении всей короткой жизни. Их переписка, частично утраченная, но всё же сохранившаяся, открывает нам интимный мир лермонтовских переживаний, где мистика, предчувствия и поэзия сплетались воедино.
Тайный смысл посланий: от Марии к Варваре
Изучая эпистолярное наследие Лермонтова, важно понимать один существенный нюанс: прямых писем непосредственно к Варваре Лопухиной сохранилось крайне мало. После того как Лермонтов узнал о предстоящем замужестве Вареньки (она выходила замуж за Н.Ф. Бахметева), он был потрясён. Как вспоминал один из современников, прочитав письмо с этой новостью, Лермонтов изменился в лице, побледнел и, подавая письмо другу, лишь сказал: «Вот новость, прочти», после чего вышел из комнаты.
Однако Лермонтов не переставал любить её и интересоваться её судьбой. Свои самые сокровенные мысли, стихи и описания мистических переживаний он направлял Марии Александровне Лопухиной, старшей сестре Варвары. Мария Александровна была на 12 лет старше поэта, её отношение к Михаилу было мудрым и покровительственным. Через неё Лермонтов передавал приветы и намёки для любимой Вареньки. Именно в письмах к Марии Александровне мы находим отголоски того, как поэт относился к таинствам, предчувствиям и гаданиям.
Мистика Петербурга: наводнение как дурное предзнаменование
Осенью 1832 года в Петербурге несколько раз наблюдался обычный для этого времени подъем воды в Неве и каналах. Лермонтов упоминает об этом в своем письме к М.А. Лопухиной. Это не было катастрофическим наводнением 1824 года, описанным Пушкиным в «Медном всаднике», но даже это незначительное событие вызвало у поэта тревогу. В этой же переписке зародилось знаменитое стихотворение «Белеет парус одинокий», пронизанное предчувствием бури и душевного смятения.
Для Лермонтова стихия была неразрывно связана с судьбой. В контексте разлуки с Варенькой любые проявления непогоды, любые знаки свыше воспринимались им как предвестники беды. Именно в этот период тревожного ожидания и душевных метаний поэт обращается к теме гадания.
Гадание в лермонтовском изложении
Описывая в письме к Лопухиной атмосферу петербургской осени, Лермонтов не просто констатирует факт подъема воды. Он передаёт то, как молодежь в те годы пыталась заглянуть в будущее сквозь пелену тумана и мистических знаков. Девушки и офицеры собирались в полумраке гостиных, чтобы узнать свою судьбу.
В письмах Лермонтова к Марии Александровне неоднократно звучит мотив предсказания. Поэт словно сам выступает в роли пророка, предчувствуя не только личную трагедию — потерю Вареньки,, но и беды России, и свою собственную раннюю смерть. Гадание в его понимании, это не просто салонная забава. Это попытка человеческой души, раздавленной обстоятельствами, найти хоть какую-то опору в грядущем.
Варенька, как писала Мария Лопухина, «бережет себя от всяких искушений». Лермонтов же сберечь себя от искушений не смог. Он бросал вызов судьбе, пытался разгадать её тайны, и в письмах к Лопухиной мы видим, как обыденные события (подъем воды в Неве, случайная встреча, подброшенный жребий) оборачивались для него знаками рока.
«Молитва странника» как духовное гадание
Особое место в переписке занимает стихотворение «Молитва» («Я, Матерь Божия, ныне с молитвою…»), которое Лермонтов отправил Марии Лопухиной 15 февраля. Автографы стихотворения имели подзаголовок «Молитва странника». Посылая его, поэт писал:
«Посылаю Вам стихотворение…»
Это стихотворение — не просьба о спасении или покаянии, а просьба о даровании благодати «в час ночи томительной» любимой женщине. Это, по сути, духовное гадание — попытка силой искреннего чувства, силой слова повлиять на судьбу, защитить Вареньку от жизненных бурь. Лермонтов не просит для себя, он просит для неё, словно раскладывая перед Небесами карту её будущего, в котором для него самого не остается места.
Предостережения и пророчества
В переписке с Лопухиной Лермонтов также касался темы человеческих судеб и предостерегал от поспешных выводов. Ему приписывают слова, созвучные его мироощущению:
- Остерегайтесь сходиться слишком быстро с товарищами, сначала хорошо их узнайте.
Это предостережение — тоже форма бытового гадания, попытка разглядеть истинное лицо человека за маской. Лермонтов, пережив измену судьбы (замужество Вареньки по расчету), остро чувствовал, как легко обмануться в людях и как жестоко расплачиваться за иллюзии.
Гадание, описанное и пережитое Лермонтовым в письмах к Лопухиной, — это не игра в карты или восковые свечи. Это метафизическое всматривание в будущее. Осенние наводнения Невы подсказали ему образ одинокого паруса, а потеря любимой женщины превратила всю его жизнь в попытку разгадать тайну рока.
Цикл стихов, посвященных В.А. Лопухиной («Она не гордой красотою…», «Расстались мы, но твой портрет…», «Валерик»), и его переписка с Марией Александровной, это великий мистический роман в письмах. Как писала Мария Лопухина после гибели поэта: «Какое несчастье эта смерть… Я его действительно очень, очень любила». Но для Лермонтова это несчастье не было неожиданностью — он предчувствовал его, он «выгадал» его, словно расставляя свечи в темной комнате своей судьбы, и каждая строчка его писем к Лопухиной, тому подтверждение.