В Средневековой Европе вопрос «что будет с тем, кто осмелился причинить вред ведьме» имел двойное дно․
С одной стороны, общество стремилось наказать саму ведьму за колдовство, устраивая громкие казни и шоу-экзекуции․
С другой — каждый, кто бросался на ведьму, подвергал себя опасности: ведь колдунья могла отомстить, а Бог,
по мнению церкви, мог не простить самосуд․ Внутри этого конфликта рождались законы,
ритуалы и целые культуры мести и страха․ Ниже — разбор главных практик и последствий․
Почему «тот, кто сделал больно ведьме», сам мог стать виноватым
В 1374 году папа Григорий XI провозгласил: «всякая магия совершается с помощью демонов»․
Это означало, что:
- даже попытка колдовства делало человека союзником дьявола;
- самосуд над «ведьмой» тоже рассматривался как нарушение церковного права, ведь только священнику и инквизитору дозволено было вести дело;
- если «обиженная» ведьма жаловалась, ее слово могли признать весомым: ведь она «знала имена демонов»․
Ритуальные «страховки»: как церковь и миряне защищались после нападения на ведьму
Снятие порчи у пострадавшего обидчика
В Савойе с XVI века сохранился древний обряд: если ведьма навлекла вред на людей через насекомых, священник устраивал суд над гусеницами․
Два адвоката спорили «за» и «против» насекомых, чтобы «отвести гнев дьявола» от деревни․
Такой ритуал служил одновременно:
- «страховкой» перед лицом ведьмы: мол, «мы не виноваты, суд был честный»;
- публичным напоминанием о том, что «вмешательство» — прерогатива церкви․
Охранные талисманы и «обратная порча»
Считалось, что если ты уже сделал ведьме больно, надо:
- закопать у ворот ее куклу-колдуна (обряд из Салема): кукла «заменяла» обидчика;
- обрызгать кровью черную курицу и оставить перья у креста — «кровью откупиться»;
- заплатить церкви штраф за «превышение самозащиты»․
Как наказывали официально ведьму и неофициально, обидчика
Инквизиционная процедура
Согласно «Молоту ведьм» (1486), любое колдовство каралось смертной казнью мечом․
Однако перед казнью следовали:
- допрос под пыткой (чтобы узнать имена сообщников);
- «прощение» ведьмы церковью (если она каялась);
- передача тела светским властям для аутодафе (публичного сожжения)․
Самосуд и его последствия для «мстителя»
В Новгороде XVII века зафиксирован случай: мужчина отрубил палец старухе, заявив, что та «высосала корову досуха»․
Суд:
- осудил ведьму на 200 ударов розгой и 6-летнее изгнание;
- но и мстителя оштрафовал «за самовольную кровопролитную расправу»;
- обязал платить половину штрафа самой ведьме как «моральную компенсацию»․
«Последняя капля»: когда месть ведьмы перерастала в массовую истерию
С 1626 по 1631 год во Вюрцбурге процесс над 400 ведьмами превратился в шоу, где:
- каждый желающий мог купить билет на аутодафе;
- если кто-то до казни наносил ведьме увечья, ему устраивали «благодарственную мессу»;
- но если после казни в деревне случались новые несчастья, обратная волна — «месть сгоревших душ» — винила именно тех, кто «слишком рано» причинил вред колдунье․
Что говорили духовники: «Не трогай их, пока мы не позволим»
Святой Винсент Феррер (1350–1419) писал:
«Кто поднимет руку на ведьму до суда — сам впустит демона в свой дом․
Покайся, заплати церкви и жди, пока меч правосудия не отделит плоть от духа․»
Этот тезис стал краеугольным: вмешательство в процесс = второе колдовство․
Итак, тому, кто «сделал больно ведьме», грозило:
- церковный штраф (иногда — публичная пенитенция);
- уголовное преследование за самосуд;
- страх мести со стороны «незримых сил» и соседей;
- обязанность компенсировать ущерб самой ведьме (если она выжила)․
Поэтому средневековый человек перед тем, как «учинить расправу», делал крест,
переписывал имя ведьмы на свиную кожу и нёс её в волость — чтобы боль отложилась на бумагу, а не на него самого․