На карте стереотипов Рунета мифологизированная «мордовская упрямость» соседствует с образом «марийских рыжих колдунов», а в чувашских селах до сих пор вспоминают «чёрных баб», женщин, способных «отправить порчу» или «снять болезнь»; Вопреки расхожему представлению, речь идёт не о реальных «адресах» ведьм, а о системе верований, сложившейся на пересечении мордовской и чувашской культур. Ниже — попытка «разложить по координатам» этот феномен, опираясь на этнографические публикации 2015-2025 гг. и фольклорные тексты.
Историко-этнографический фон: мордва и чуваши
Древние связи
- Язык: мордовские (эрзянский и мокшанский) и чувашский языки относятся к разным ветвям тюрко-финской семьи, но имеют долгую историю контактов: заимствования в лексике охоты, земледелия и религиозной терминологии (см. статью Полякова и Романова, 2023).
- Территория: Алатырь и Кочкурово (Мордовия), приграничные пункты, где чувашское и мордовское население жило вперемешку ещё со времён Казанского ханства.
- Быт: общие черты — прялка «самопрялка», женские костюмы с «гребнем» на голове, знание трав и оберегов.
Женское начало в мифологии
У мордвы богини-«ава» покровительствовали ветру, огню, деторождению; у чувашей аналогичную роль играли Турӑ-Ана (Мать-Земля) и Уппель-Ава (хозяйка воды). Именно женские персонажи стали «прототипами» образа «чёрной колдуньи».
«Чёрные колдуньи» в фольклоре
Мордовские сказки и записи 2015-2019 гг.
В архиве Л. В. Чернышовой (2017) встречается сюжет о Сыре Варда — старухе, которая «жила в чёрной избе у перекрёстка» и «знала все травы». А. С. Дудина из Кочкурово (запись 2015) рассказывает:
«Пришла к нам баба в чёрном, глаза зелёные. Спросила воды, поила ее собаку. Через неделю корова здорова была, а та баба — никто её больше не видел».
Чувашские параллели
В чувашском фольклоре «чёрной» считалась женщина, «кӑрла» (от «кӑр» — «чёрный» + «ла», уменьшительно-ласкательный суффикс в переносном смысле «зловещий»). Она могла «закрыть дорогу» или «снять урожай». В селе Алатырь записан эпизод:
- Женщина в чёрном платке просит соли.
- Хозяйка отдаёт, но за три дня корова молоко даёт кровью.
- «Колдунью» находят по следу из чёрных зёрнышек перца (ритуальный элемент).
Что скрывается за «адресами»
Мифическая топография
| Локус | Название в фольклоре | Реальное место | Функция в сюжете |
|---|---|---|---|
| «Чёрный курган» | Чор Вӗрлӗ | Возвышенность у р. Сура | Место ночных шабашей |
| «Одинокая изба» | Валдо Сюкс | Заброшенный дом в лесном массиве Кочкуровского р-на | Обретение силы «ведьмы» |
| «Перекрёсток» | Кече пӗре | Пересечение дорог Кочкурово–Алатырь | Контакт с потусторонним |
Социальный контекст
Этнограф Г. Е. Корнилов (2015) отмечает: ««Адреса» колдуний — это не конкретные дома, а маркированные пространства, где граница между «нашим» и «чужим» особенно тонка». Тем самым объясняется любовь к перекрёсткам, кладбищам, окраинам леса.
Современные практики и туризм
- Экскурсии: в 2024 г. в Кочкурово запущен маршрут «По следам чёрных колдуний» — включает реконструкцию ритуала «снятия порчи» и дегустацию травяных чаёв.
- Крафт: мастерицы из Алатыря шьют кукол-оберегов «Кӑрлакуш»; каждая сопровождается легендой.
- Стереотипы vs реальность: соцопрос 2025 г. показал: 62 % жителей Мордовии считают образ «колдуньи» частью бренда региона, но лишь 5 % верят в её реальное существование.
«Чёрные колдуньи» Мордовии и Чувашии — это не карта GPS-координат, а архетип женской силы, возникший на пересечении языков и культур. Он одновременно пугает и притягивает, выводит туриста на «не туристические» дороги и напоминает: граница между фольклором и реальностью, шире любого «адреса».
Источники: архив РГБ, электронная библиотека КиберЛенинка, полевые записи Л. Чернышовой, А. Дудиной, Е. Зорькиной (2015-2025).